16:50 

Успеть схватить. 7 8 и 9 часть.

МайяС

Глава 7
Дядька подошел к столу и откуда-то из дебрей карманов, более напоминающих вшитые рюкзачки, вынул пластиковую двухлитровую бутыль с темно-красным содержимым и поставил на стол.
"Вино, - догадался Игорь и облегченно вздохнул. - Стало быть, не собирается мужик с ходу кулаками махать, раз "стол переговоров" мутит.
Дядька, тем временем, уселся за стол, достал из очередного кармана трубку, табак и принялся забивать и раскуривать.
"Та-а-ак... "Стол переговоров", "трубка мира", - мысленно ухмыльнулся Игорь.
В голове всплыла почти забытая песенка: "От трубки мира у костра, раскуренной с вождём..."
"И чего мне от этого "вождя" ждать? Хотя, ясен пень, как минимум, опять придется жильё искать".
Игорь обреченно повесил полотенце на протянутый вдоль виноградной беседки провод и пошел в дом за стаканами. Заодно захватил хлеб, сыр, колбаску и помидоры. Расставил на столе скромную снедь и понял, что сделал все правильно. Дядька посветлел лицом, заулыбался, трубка одобрительно приподнялась над левым усом. А из очередного кармана, вдруг, появилась вторая двухлитрушка. Михалыч подмигнул и, закусив трубку, одной половиной рта, второй, не хуже мультяшного Сильвера, произнёс:
- Молодец, хлопец. А эту кинь в холодильник, шоб не грелась.
Пока Игорь относил бутыль, дядька оформил стаканы:
- Ну, давай без лишних слов. И не боись, - мужик кивнул на стакан. - "Изабелла", сам делал.
Чокнулись, выпили. Игорь продолжал ожидать дальнейших действий от защитника обиженного и оскверненного малолетнего натурала.
Михалыч, тем временем, облокотился об стол, с видимым удовольствием сунул в рот кусок сыра и подобревшим взглядом стал рассматривать молодого мужчину.
- Вот, я так и подумал, неспроста Серый о тебе рассказал. Да! Они как пришли с Катериной, так он сразу ко мне, мол, так и так, Михалыч, выручай. Ну а я шо, я завсегда помочь готов, а сегодня, так с утра чувствовал, шо-то будет. Ага, у меня чутьё получше чем приборы у метеорологов, я тебе точно говорю. Они там гадают, будет дождь, не будет. А я завсегда точно знаю, когда надо в погреб за винцом спускаться. Вот так-то!
Игорь в удивлении уставился на дядьку, пытаясь быстро захмелевшими, "на старые дрожжи" мозгами ухватить мысль. Это что ж получается, Серый прямиком ябедничать к дядьке ринулся, а тот, вооружившись "Изабеллой" ринулся к Игорю? Что-то не срасталось в этой картине.
- Тебя как звать-то, квартирант? Запамятовал я малеха.
- Игорь.
- Ну, будем знакомы, Игорь, - дядька по новой разлил вино и уставился на него. - Шо я говорил? Ну да, вот, говорю, как Серый только рассказал, так я и ...
- А что рассказал-то? - не выдержав, перебил Игорь.
- Как шо? Шо "болеешь" ты, шо вчера не доглядел он и надо бы тебя полечить. И то верно сказал, я как тебя увидел, так сразу понял, надо лечить! - дядька ухмыльнулся. - То ли дело сейчас. Вон и румянец появился и глаза ожили. Да ты не тушуйся, давай за знакомство.
У Игоря словно камень с души свалился, теперь уже с удовольствием чокнувшись и отпив, он понял, что даже не чувствовал вкуса первого стакана. А вино было хорошее. Прав дядька, полегчало, и напряжение спало, и голову отпустило.
"Стало быть, не ябедничал Серый, просто сказал, что надо меня похмелить. Вот стервец!"- Игорь заулыбался и уже охотнее стал слушать словоохотливого Михалыча.
А тот, в свою очередь, увидев, что собеседник весь внимание, разлился соловьём. В течении первого литра, Игорь узнал всё о том, какой он отличный хлопец оказался. В течении следующего литра, он узнал всё, что только можно об "Изабелле", начиная с полива лозы и заканчивая умением сныкать бутыль в погребе от мудрой супруги.
Затем пришлось идти к холодильнику за второй бутылкой и новой порцией закуси.
Пошло хорошо. Михалыч поставил руку локтем на стол и, положив голову на ладонь, разоткровенничался. Игорю тоже значительно похорошело, и он прихлебывал вино, балдея от приятного вечера, опускающегося на двор. В пол уха слушал дядьку, изредка вставляя: "Угу" и одобрительно качал головой. Пока не понял, что речь идет о Серёге.
- ...насмерть оба. А он шо, кутёнок же совсем. Мы после похорон пришли за ним, так еле нашли в доме, забился за комод, одни глаза свои белёсые таращит. А Вера Васильевна у меня женщина понимающая, она покурлыкала с ним, да и уговорила...
Игорь поплыл, но всё же старался не пропустить ни слова из монолога о Сером. Почему-то это казалось очень важным.
- ...Во так и прижился. А там уж Катерина его приветила, сдружились они, он и успокоился. Вот только в дом этот так никого и не пускает и трогать ничего не даёт. Ну да мы с Верой Васильевной понимаем, должно же у мальчонки где-то воспоминание о родителях храниться. Он сюда как на спасательный плот в детстве сбегал, коль шо не по нему, ну там, настроение или повздорит с кем. Потому и удивились мы, как узнали, шо он жильца-то пустил. Верушка даже заволновалась, сходи, говорит, Михалыч, посмотри шоб человек был хороший, шобы всё путем было. Вера Васильевна у меня знаешь какая? Она у меня понимающая! Она всё-всё понимает у меня! - Михалыч для пущей убедительности поднял указательный палец вверх. - Да! Но, как ни крути, а всё же она женщина.
Игорь согласно кивал головой. Он не собирался крутить Веру Васильевну, что бы убедиться, что она женщина. Он верил Михалычу на слово. Раз Михалыч сказал, что она женщина, значит - женщина. Как ты её не крути!
К этому времени, собутыльники прониклись таким теплом и доверием друг к другу, что душа у них запела. Причем, делала она это громко и, иногда фальшивя. Репертуар мужчин основательно разнился, потому затянутая Михалычем:
- Сте-епь раздо-ольная, во-оля вольная, та, что жизни милей... - вызвала в душе пьяненького Игоря такой всплеск восхищения, что молчать было смерти подобно.
Возвращающийся Серый негромко присвистнул от удивления и замер у калитки, прислушиваясь.
- И-и на всё-о-ом скаку в се-ердце казаку, вдруг ударил свине-ец! - в два голоса голосили "родственные души". Серый немного потоптался у калитки и решив, что дуэту он только мешать будет, развернулся и ушёл, так и не обнаружив своё присутствие.
Вторая бутылка подошла к концу и Михалыч, засуетившись, принялся убирать со стола и нетвердой походкой уносить в дом посуду. А Игоря потянуло навестить уборную. Когда же вернулся, мужчины уже не было. Удивившись, что тот не попрощался, Игорь зашел в хату, помыл посуду и пошел в комнатку.
Дежа-вю... На его кровати, раскинув руки-ноги, лежал Михалыч и, приоткрыв рот, похрапывал. Игорю, вдруг, представилось, что сейчас обязательно должна постучать в окно добрая фея Вера Васильевна. И заржал от собственной мысли.
Место Сергея он решил не занимать. И так, прошлой ночью нехорошо получилось. Вышел на темный двор и улегся на лавке. "Изабелла" гуляла в крови, но голова была легкая, и мысли скакали как по той самой степи раздольной, о которой пел Михалыч.
"И какой ведь отличный мужик оказался, а я с ним драться собирался, - мелькнула мысль. - Всё-таки в мире полно хороших людей". Игорь расслабленно улыбался, на душе все ещё лежало тепло от общения.
- Ветер пе-есню о во-оле мне-е споо-ой, на ковыле сыграй, - тихонечко, почти шепотом, пропел мужчина полюбившиеся строки. - Я иду в свой после-едни-ий боо-ой за родимый и во-ольный край...
Память, наверное из вредности, напомнила, что бой ему ещё только предстоит и всколыхнула ненужные, но вполне естественные для пьяного, мысли.
Мобильник и симку он уже купил, надо будет завтра обзвонить родителей, что б не волновались и узнать, не беспокоил ли их кто. Вряд ли Тик стал бы трогать родителей, у него было какое-то необъяснимое чувство недоверия к родителям Игоря. Он их не боялся, относился к ним уважительно, но лишний раз встречаться с ними категорически не желал. А Игорь и не заставлял, считая это проходящим, лишь дело времени. О родителях самого Тика он почти ничего не знал, лишь то, что мама у него умерла, а что с отцом, Тик говорить просто отказывался. Игорь просто для себя додумал, что, скорее всего, папашка не хочет общаться с "голубым" сыном. И хоть его самого подобная участь минула, Игорь прекрасно понимал, что его родители спокойно отнесшиеся к его ориентации, скорее счастливое исключение из правил.
Тик, вообще, был весьма загадочен порой. Очень умный и красивый, но какой-то простой, не избалованный парень. Игорь уже не помнил как этого студентика занесло в его агентство, но пройдя мимо, не заметить парня было невозможно. Игорь, во всяком случае, не смог не заметить. Пару недель приглядываний, повторное изучение имеющихся на него данных, завуалированные расспросы и собственные наблюдения привели к тому, что однажды в выходной, встретив Константина Викторовича в баре, Игорь его больше от себя не отпустил. А Тик и не хотел, что б его отпускали, он как преданный щенок ходил за Игорем, заглядывая в глаза и боясь упустить хоть одно его слово. При этом, справлялся со своей работой лучше собственной наставницы - бухгалтерши со стажем. Игорь это взял на заметку, так Тик и пошел вверх по карьерной лестнице. Секс тоже был прекрасен, как и всё в Тике. Парень знал, что хорош и пользовался этим весьма умело. Но то, как он хорош, знали не только Игорь с Тиком, потому первые пару недель Игорю, почти что с боем приходилось отбивать теперь уже своего парня от бывших и потенциальных хахалей. Тик относился к этому, как к должному и никогда не пытался доказать Игорю свою независимость, наоборот, всем своим видом и действиями показывал, что полагается на Игоря. Это подкупало. А со временем, соперники исчезли с горизонта, связываться с Игорем было себе дороже.Этому немало способствовали как навыки дипломата, так и четвертый дан Кудо. Из-за постоянной занятости Игорю пришлось забросить тренировки и потому повод размять кулаки об особо настырные конкурентские рожи, мужчина никогда не упускал, хотя и не был любителем драк или разборок, считая такой способ выяснения отношений слишком примитивным.

Воспоминания затопили сознание и испортили настроение. Игорь почувствовал, что начинает клонить в сон, а хотелось дождаться Серого и поговорить. Чтобы не уснуть, мужчина встал и, выйдя через калитку со двора, встал в темноте кустов Сирени.
Около домика не светили фонари и привыкшие к темноте глаза, вдруг, буквально погрузились в звездное небо и увязли как в гудроне.
Ни для кого не секрет, что городское небо не может передать всей глубины ночного небосклона и Игорь с детства любовался звездами в деревне у бабушки. А сейчас, будто после долгой разлуки, он вновь не мог наглядеться и вернуться на землю. Звезды как живые смотрели на Игоря, а он на них, он любовался, гладил взглядом каждую, попавшую ему в обозрение и всех вместе, как панораму. Он был зачарован открывшимся видом и даже не осознавал своим хмельным сознанием, что стоит так не две-три минуты, а добрый десяток. И стоял бы и дальше, но до слуха донеслись звуки шагов и голоса. Спустившись с небес, мужчина разглядел, как в конце переулка показались две фигуры. Серый шел не один, рядом с ним двигался высокий крепкий паренек. Разговор между ними был явно далек от мирного. Незнакомец докапывался, Серый огрызался и шел дальше. Речь высокого парня становилась заметно агрессивнее, явно назревала драка. До Игоря долетали обрывки фраз, что-то о Кате. Мужчина раздумывал, выйти или нет, на подмогу к Сергею. С одной стороны, незнакомец старше и крупнее пацана, с другой стороны - парни делили девушку и, влезая, Игорь мог оскорбить достоинство Серого. Но оказалось, Серый хоть и худенький, но ловкий. Отскочив от кинувшегося на него парня, он несколькими ударами вывел того из равновесия, резкая подсечка и парень на земле. Продолжать драку Сергей не собирался и молча стоял, а соперник, не поднимаясь с земли, кричал ему:
- Отдай, она же не нужна тебе! Я же знаю, ты её не любишь, Серый!
- Не твоё дело. Это тебе она не нужна. Поиграться захотелось? Иди к своим шалавам! Увижу, что опять к Кате лезешь, пожалеешь!
Серый повернулся и направился к дому. А стоящий в темноте Игорь тихонько шагнул в приоткрытую калитку и отступил вглубь двора.


- Ты чего тут сидишь?
- У меня, там, Михалыч уснул.
- А, ну, ща толкану, домой отведу.
- Плохая идея, Серый, - Игорь усмехнулся. - Пусть проспится.
Серый понимающе кивнул.
- Ложись на моё место, вон уже вырубаешься сидишь.
- А ты?
- А я в душ. Давай-давай, топай.
- Серый, поговорить надо.
- Завтра, всё завтра, Игорь. Я устал.
И Игорь послушался, кивнул и направился к хате, с улыбкой ворча под нос:
- Докатился, какого-то раскомандовавшегося мальчишку слушаюсь.
"Нет, не какого-то, а Серого. Веселого, смелого и чертовски сексуального. У-у, Игорь, да ты пьян. Спать -спать-спать!".

Проснувшись посреди ночи, Игорь под серенады Михалычева храпа, оглянулся. Сидя в кресле, откинув голову на изголовье, спал Серега.
Непонятно чему обрадовавшись, Игорь вскочил с кровати и подошел к креслу. Аккуратно просунув руки под спину и колени Серого, мужчина медленно и бережно взял его на руки и переложил на кровать. Мальчик чуть пошевелился, но не проснулся. Игорь так же аккуратно лег с краю неширокого ложа, рядом с ним.
Ещё не до конца протрезвев, лежал рассматривая Серого, залитого светом из окна от горящей во дворе лампы.
И оценивал свои ощущения. Пришел к выводу, что Серый - то, что надо. Но жаль, что у него Катя. С этой мыслью, под храп из спальни, мужчина слегка прижался к мальчику и, уткнувшись лицом в изгиб шеи, уснул.


Утро ворвалось в сон Игоря глухим бурчанием и топотом ног. Михалыч проснулся и полностью оправдал своё имя, топая под стать медведю. Показавшись в дверях, дядька спешно глянул на прижавшихся друг к другу сонных ребят и махнул рукой Игорю:
- Хорошо посидели. Ох, и достанется мне от Верки-то. Серый, мож пойдём вместе до хаты? Рыба твоя лежит, небось, нас ждет. Надо ж заняться, шоб не попортилась. Двоим сподручнее же.
Михалычу явно не хотелось одному возвращаться домой к "всепонимающей " супруге.
Серый, проснувшись, зашевелился, освободив руки-ноги из Игорева плена к неудовольствию последнего. Шумно зевнул и, задрав руки, со вкусом потянулся выгнувшись дугой, затем резво вскочил и засобирался, совершенно не замечая, что сосед по койке замер и почти перестал дышать.
Молодое, горячее со сна тело, изгибающееся в непосредственной близости, совсем не добавило Игорю легкости мысли. На выгнувшемся худощавом теле проступили все косточки, все ямочки не скрытые одеждой. Руки, закинутые вверх, открыли взгляду подмышечные впадинки с небольшим светлым пушком.
Игорю усилием воли пришлось сдержать порыв уткнуться носом в мальчишку и вдохнуть в себя запах сонного, желанного тела. Мальчишка весь был один сплошной соблазн, от межреберных впадинок до бугорка утреннего стояка в трусах. От одной лишь мысли, что у Серого стоит, пусть причина тому, простая физиология, у Игоря перехватило дыхание и заныло в паху. Звериные инстинкты "расправляли крылья" - схватить, сжать, присвоить себе...
"Игорь, остановись, Михалыч рядом же. Не сходи с ума".
Вернул в реальность звонок мобильного и последующие слова Серого:
- Алло, да. Что случилось? Потерпи, я уже бегу. Я сейчас, Катенька, сейчас! Михалыч, прости, мне к Кате надо! Я потом подойду помочь.
- Да чего уж, беги, дело молодое. Ну, здоров бывать, квартирант. Свидимся ещё, - ушел и Михалыч.
"Хуй тебе, а не Серый! Нашел на кого глаз положить, пидорас ебаный. Он мало того, что каждую ночь к Катерине бегает, так и днем и вечером по первому зову... Любовь, бля...".
Игорь со стоном откинулся на кровать. Тягучее густое желание не хотело отпускать. С похмела и обычно-то стояло железно, а сейчас, так орехи колоть впору. Мужчина повернул голову и уткнулся носом в подушку. Постель ещё слегка хранила аромат хозяина. Он глубоко вдохнул, и рука потянулась к трусам, погладила каменную плоть, поправила, сдвинув вверх и набок, потерла. Игорь не видел причин останавливаться, всё равно с возбуждением надо было что-то делать, секса-то давно не было. Перед мысленным взором стоял желанный образ:
Серый кривляется, Серый танцует, Серый лежит на его кровати, нежный, гладкий, доступный...
Рука быстрее задвигалась по скрытому в трусах члену, спустилась вниз и сжала до сладкой боли напряженные яйца.
Серый потягивается, выгибается, открывая на обозрение нежные кружочки сосков.
Одной рукой Игорь стал гладить себя по груди, вторая оттянула резинку трусов и вынула наружу, уже болезненно возбужденный орган. Обхватив ладонью член, Игорь принялся дрочить, сначала медленно двигая рукой по стволу, то открывая, то пряча в кожных складках потемневшую залупу. Постепенно наращивая темп и ускоряясь, мужчина застонал.
Загорелый животик, пупочек...
Игорь представил как ласкает ямку пупка языком.
Одна рука уже бешено наяривала в гонке за разрядкой, вторая сжала собственный сосок.
Языком распробовать, какой же он на вкус и двинуться дальше, ниже, еще ниже по той золотистой дорожке волос к трусам. Наткнуться щекой на вздыбленный бугор, зубами подцепить резинку трусов и...
И Игоря накрыло оргазмом, ярким, бурным, забрызгав себя спермой аж до груди и застонав сквозь сжатые зубы. И на самом пике, вдруг услышав шорох, повернул голову - в дверях, уставившись на него, стоял Серый.
Оргазм отпустил, и член слегка обмяк в сжимающей его руке. Но Игорь не замечал, продолжая смотреть в распахнутые голубые глаза.
Первым пришел в себя мальчишка. Заморгал и отвел взгляд в пол.
- Извини. Я... Я по делу, - казалось, даже через загар можно было увидеть покрасневшие щеки. - Я во дворе подожду.
И Серый выскочил, захлопнув за собой дверь, а Игорь уставился в потолок.
- Заебись!
Секундная передышка и мужчина стал приводить себя в порядок. Вытирая сперму с груди, усмехнулся: "Ну как мальчишка взорвался, ей-богу". Первый шок от того, что застали в такой интимный момент прошел и мужчина был спокоен. Ну, увидел Серый как он дрочил, ну и что с того, все дрочат. Фигня. Он же не знает кого в этот момент Игорь видел перед собой.
"Отчего же, как раз знает. Его и видел, причем буквально" - с иронией подумал, поправляя постель, и вышел во двор.
Сидящий на лавке пацан, вскинул голову к вышедшему мужчине и, отводя взгляд, умоляюще заговорил:
- Игорь, помоги. Катюше плохо, в больницу срочно надо, а дядька похмелился. Выручи, а?



Глава 8

У Катюши действительно были проблемы. Подъехав на машине к её дому, Игорь был неприятно поражен серым цветом кожи и измученным выражением лица. Даже не имея никаких познаний в медицине, сообразил, что боль в животе не имеет ничего общего с обычным отравлением, и девушку надо срочно доставить в больницу. Примитивные "холод, голод и покой" тут уже не помогут.
Решительно отодвинув в сторону женщину, ведущую под руку Катерину, Игорь подхватил девушку на руки и быстро донес до машины. На ходу интересуясь у матери, когда начались боли и не забыли ли взять документы. Медлить было нельзя, ближайшая больница была в Геническе, а до него ещё доехать надо.
Как он и предполагал, врачи поставили диагноз "аппендицит" и, к счастью, без лишних проволочек забрали её готовить к операции.
Катина мама пошла с медиками, строго-настрого наказав Серому возвращаться домой, а вечером подвезти то, что потребуется для ухода.
Обратно возвращались в тишине. Серый, помалкивая, озабоченно смотрел в окно, явно находясь где-то далеко. А Игорь оторопел от вдруг мелькнувшей мысли: "Соперница устранена". Мысль промелькнула, кольнув где-то под ребрами и растворилась, оставив после себя терпко-сладкое послевкусие и легкий налёт вины.
Оставив машину во дворе, каждый пошел по своим делам. Серый к Михалычу, а Игорь на море.
Искупавшись, он присоединился к играющим в волейбол на пляже. С трудом понимая, о чем парни перешучиваются на украинском, он с удовольствием покидал мяч, пока не заметил, что один из игроков явно проявляет к нему интерес. Не став разбираться, показалось или брюнет и впрямь с ним флиртует, Игорь невольно стал озираться, ища глазами Серого. Не найдя, бросил волейбол и отправился в воду.
Отплыв подальше от берега, Игорь расслаблено покачивался на волнах, когда каким-то шестым чувством понял, что он уже не один. Со стороны берега к нему подплывал тот самый брюнет. Разговор получился коротким. Парень, спокойно улыбаясь, признался, что заприметил Игоря еще в "Тарасе" и позвал Игоря на вечеринку к его друзьям. Лукавые искорки в глазах не давали усомниться в истинном смысле слов. Брюнет был хорошо сложен, украинский акцент делал его речь мягче и даже приятнее для слуха. Игорь улыбнулся ему в ответ и... отказал. Сам не успев сообразить зачем. Просто там, на берегу, был тот, кого желал видеть рядом и размениваться не хотелось. Разочарованный брюнет лишь успел крикнуть вдогонку уплывающему Игорю, чтоб приходил, если передумает.
Уже шагая по дороге к дому, усмехнулся про себя: "Так и крылышки скоро пробиваться начнут. Отказаться от ни к чему не обязывающего курортного секса... Что за чёрт!"
Дома позвонил родителям, успокоив их парой слов о себе и наказав никому не давать свой украинский номер. Приготовил покушать и стал ждать Серого. Хохленок заявился грустный, держа наперевес сумку с вещами для Катерины.
Пока кушали Игорь зачем-то сказал Серому, что приглашен на вечеринку. Тот уткнулся глазами в тарелку и пожал плечом:
- Сходи, ты ж отдыхать приехал.
- Пошли со мной.
- Не, мне ещё вещи Катюше отвозить. Пока туда-сюда на велике смотаюсь, сил не останется даже на рыбалку.
- Ты что, на рыбалку сегодня собирался, - заинтересовался Игорь.
- Сегодня? - Серый недоуменно на него глянул. - Ну да. Я же каждую ночь на рыбалку хожу. А улов Михалыч вялит и коптит.
Игорь ошарашено развел руками:
- Я думал, ты у Катерины своей ночи коротаешь.
- Катя моя подруга, почти как сестра мне. Мы с детства вместе, - Серый серьезно посмотрел. - Только подруга, но ближе её у меня друзей нет.
- Знаешь, не хочу я ни на какие вечерухи. Раз ты не идешь на эту свою рыбалку, может посидим, выпьем вместе? - Игорь почувствовал за спиной крылья. Просто подруга... Подруга! Просто!
- Черт возьми, хватит рассиживаться, поехали уже! К черту велик пока я стекл как трезвышко! Нас ждут великие дела!
Серый сидел открыв рот и распахнув в шоке глаза.

* * *
"Операция прошла успешно, Катя отдыхает. Спасибо вам, ребят", - этого оказалось достаточно, чтобы усталость Серого как рукой сняло, и на лице снова засияла знакомая улыбка.
На обратном пути, он неожиданно предложил показать Игорю Сиваш* и заодно искупаться.
А дальше Игоря закружило лето: пустынный берег, яркий закат, брызги, смех и ощущение легкой эйфории наполнившей всё существо каким-то радостным предвкушением.
Игорь с Серым лежали на берегу и рассматривали, проплывающие над ними, розовые в лучах заката облака.
- Сейчас курнуть бы.
- Ты же не куришь, - удивился Серый.
- Я не про сигареты.
- А-а, тебе травки что ль дать?
Очередь Игоря удивляться:
- Есть? У тебя? А заливал про то, какой непорочно-некурящий.
- Ну, - Серый хитро блеснул глазами, - я тебе не курить дам. Сегодня я, пожалуй, и сам не прочь.
Он вскочил, с тела посыпался подсыхающий песок.
- Ну, Игорь! Бегом ракушки смывать и поехали, пока не стемнело. Ну, не тормози что ли!
А Игорь завис и отмер лишь когда упругая аккуратная задница Серого исчезла с его обзора, скрывшись в воде.
Он с шумом втянул в себя воздух и крепко зажмурил глаза.
"Что я делаю? Что я творю?"
И вдруг почувствовал разгоряченной кожей лица и груди залп прохладных колючих брызг. Открыл глаза. Улыбающийся Серый, стоя по колено в воде, замахнулся рукой и пустил в него новую порцию воды.
- Если собираешься составить мне компанию, то отомри и двигай сюда.

Приехав домой, Серый потянул Игоря в сторону от хаты.
- Не передумал, может, просто вино?
- Серый, винцо и так не помешает.
Парень ухмыльнулся и подошел к лестнице на сеновал. Ловко вскочив на самодельную лесенку из спаянных между собой массивных металлических пластин, шустро стал подниматься вверх. Справившись с засовом на дверце, заскочил внутрь, Игорь следом.
Сеновал окутал запахом сухой травы и защекотал ноздри. Помещение было довольно большое, но почти на половину заполненное. Игорь скинул сланцы и прошел по усыпанному сеном и соломой полу, ступни приятно щекотало.
Тем временем, Серый подошел к стене и из-за косо спускающейся балки, достал маленький сверток.
- Заначка? На двоих-то хватит?
- Угу, - Серый показал на отверстие выхода. - Вниз спустимся или ты тут хочешь остаться?
- Считаешь, курить на сеновале хорошая идея? - Игорь приподнял вверх брови.
- Да что ты все заладил - курить, курить? Мы и не будем курить. Нет, захочешь пыхнуть, я знаю где достать, но у меня вариант получше будет.
- А я с твоего "варианта" смогу потом с лестницы спуститься?
- Сможешь, расслабляет медленно и больше чем через час.
Покопавшись, Серый протянул ему руку:
- Держи.
- И что это?
- Печенье. Просто овсяная печенка, - Серый прищурился. - Сам делал.
И он так убедительно изобразил Михалыча, что Игорь не удержался от смеха.
- Вы с дядькой, я смотрю, те ещё... рукодельники.
- А то! На, хавай и пошли вниз.
Игорь надкусил кусочек, затем ещё. На вкус и впрямь, было как овсяное печенье, которое он впрочем, никогда не любил. Проглотив, он вопросительно глянул на Серого.
- И? Запить-то мне твоё "угощение" можно?
- Можно, всё можно, - Серый дожевывая свою порцию, засунул остаток обратно и направился к выходу. - Пошли, ближе к земле, оно как-то надежнее.
Во дворе маленький хозяин кивнул Игорю на лавку.
- Я вчера вспомнил, что у меня тут припасено.
Вернулся из дома с какими-то верёвками в руках.
- Держи, - протянул верёвки и палку, и Игорь понял, что это гамак. Самый обыкновенный, с двумя палками и веревочным плетением посередине.
Подвесив гамак и кинув на него покрывало, Серый велел Игорю располагаться, а сам пошел за вином.

Не торкало долго и Игорь, покручивая пустую пластиковую бутылку из-под вина, спросил:
- Серый, а может гашика намутим? Фольга есть?
- Расслабься, - улыбнулся тот.
- Что-то не берет меня твоя чудо-выпечка.
Впрочем, ему уже и не нужен был никакой допинг, хорошо было и так. Вино, расслабон, Серый рядом. Даже разговоров не хотелось. Они изредка, лениво перекидывались фразами, прихлебывая вино. Вместе с солнцем, ушла жара, и тело в вечерней прохладе погрузилось в приятную негу. Игорь уже не замечал этого, ему было не до собственных ощущений, когда рядом было более важное для него тело. Серый.
Парнишка облокотился о стол и что-то говорил, но Игорь даже не пытался вслушиваться. Наверное, это было что-то важное, раз Серый при этом смотрел на него. Но это было неважно. Его украинский говорок сейчас ощущался явственно, и Игорь погружался в него, как в музыку.
Он оттолкнулся, и гамак стал неспешно покачиваться. Дрогнувшая от толчка трубы лоза зашуршала и окутала их перешептыванием листьев. Таким уже привычным, что Игорь воспринял их как хороших знакомых. Листья нежно шушукались между собой, как будто ласковые любовники потирались, поглаживаясь друг о друга. Зеленые, резные, красивые любовники.
У Игоря тоже был зелёный красивый, и они тоже когда-то любили шептаться и прижиматься. Но теперь это неважно и шептаться ему больше не с кем. Игорь выкинул все мысли и голову наполнил шелест листьев. Он медленно плыл, наслаждаясь моментом, и вдруг шорох чуть отступил, и Игорь улыбнулся сам себе. Состояние, в котором он пребывал, было хорошо знакомо - сдоба явно начала действовать. Продолжая раскачиваться, он закрыл глаза. Ощущения были приятными, то, что и надо было. Хохлятские "печенки" ничуть не хуже обычных "кексов".
Сквозь волны накатывающего дурмана и собственного благодушия продирался чей-то негромкий голос. Игорь приоткрыл один глаз и посмотрел в сторону голоса. Там, в ночной темноте кто-то был. Кто-то был рядом. Игорь не смог бы сказать далеко ли, близко. Просто был. Он стал разглядывать говорящего и расслабился - свой. Серый. Что ж он так далеко-то? Ничего же не разобрать из того, что он говорит.
Игорь плыл.
Гамак качался.
То приближая его к Серому на расстояние вытянутой руки, то отдаляя на сотни метров. При приближающем движении гамака, он вытянул руку и хотел дотронуться до Серого.
Почему-то не получилось. Вторая и третья попытки так же закончились ничем. При очередном покачивании Игорь попытался вспомнить куда он руку-то тянет. Вспомнить не получилось, и рука вернулась в гамак.
Сознание качалось подобно гамаку и настырным маятником то уносило Игоря, то возвращало обратно, подкидывая картинки из реальности. Раз - в свете лампы из веранды, он увидел руку, протягивающую ему стакан вина; два - он понял, что что-то поёт; три - в руках обнаружился пустой стакан; четыре - он снова поёт. Промелькнувшее удивление от узнавания давно забытого в юности репертуара, подкинуло полумысль о том, что он не помнит слов. Вторая полумысль подсказала, что это неважно, ведь он поёт не задумываясь, значит всё нормально. Все эти приходы и мысли никак не влияли на пение и происходили будто параллельно работе голоса.
Да, крыло неслабо.
Тику бы это не понравилось. Он нахмурится, сложит руки на груди и спросит что-нибудь вроде: "Ну и зачем это надо было? Своей собственной дури мало показалось?". Потом укоризненно покачает головой и уйдёт спать в гостиную. А Игорь будет мучиться от недотраха и одиночества в холодной постели. Последняя мысль как-то напрягала и Игорь, прервав пение и постаравшись сконцентрироваться, стал озираться по сторонам. Рядом на лавке кто-то лежал, но точно не Тик. А кто? Серый. Точно, его маленький весёлый хохлёнок.
Игоря накрыло чувством нежности и спокойствия.
- Серый?
- Мм...
- Хорошая трава.
- Ну-так.
- Слушай, бери вино и иди ко мне. Гамак выдержит.
Рядом с Игорем, медленно, чтоб не расплескать вино, присел Серый. Гамак прогнулся, и Серого прижало к Игорю.
"Хорошая вещь - гамак".
Тепло Серого под боком, вино, покачивание, губы, совсем рядом, так близко, что невозможно не поцеловать. И Игорь целует, сначала нежно, лишь дразня кончиком языка, и чувствует как подался Серый навстречу, прижался и сам уже настойчиво изучает его губы. Поцелуи перерастают во что-то большее. Серый, его податливость, его пьяные глаза, действуют не хуже травки.
Игорь слетает с катушек - хватает его, сжимает, жамкает, целует. Сам не соображая, что делает и только чудом слышит голос: "Нет, нельзя".
Тупит: "Почему?"
"Увидит кто-нибудь".
Игорь находит это достаточным доводом, хоть и не хочется выпускать добычу из рук.
- В дом?
- Не, в хатку может Михалыч заявиться. Ты ему вчера по душе пришелся, не хуже чем мне.
- А я тебе по душе?
- А не видно? - Серый заржал. Следом заржал и Игорь.
Определенно, с ним хохотать отлично и на трезвую голову, и вот так. А целоваться ещё лучше, а лучше не только целоваться.
- Куда?
- Сеновал.
Кивок и молча рванули к лестнице.
Казалось бы, почти бежали, но добирались безумно долго. Игорь, вроде даже успел соскучиться по Серому. Лестница тоже была какой-то бесконечной, уходя куда-то далеко вверх, почти теряясь в ночной мгле.
- И горы встают перед ним на пути, и он по горам начинает ползти. А горы всё выше, а горы всё круче, а горы уходят под самые тучи, - процитировал Игорь и пропустил вперед себя вновь угорающего Серого. - Что, если я не дойду, если в пути пропаду? Что станется с ними, с больными, с моими зверями лесными?**
- Ну, ты даешь!
- А вот это, как получится, - Игорь расплылся в довольной улыбке.
- Лезь за мной, Айболит!
- Не, не порть мне сцену. Тут другая реплика: и сейчас же с высокой скалы к Айболиту спустились орлы: "Садись, Айболит верхом, мы живо тебя довезём!"
- Бля, не могу! - Серый ржал уже откуда-то сверху, стоя одной ногой на перекладине и болтая второй в воздухе, в пол-оборота смотря вниз, на Игоря. Он трясся от смеха, сотрясая всю лестницу. - Игорь, замолчи, пока я реально с лестницы не слетел.
- Если ты слетишь ко мне, мой йуный орёл, то каковы шансы мне оказаться на тебе верхом?
- Шансы равны нулю, потому что если я от сюда свалюсь, то точняк что-нибудь себе разъебу. И на этом полёт и закончится.
- Тогда мы с тобой точно отправимся в "Лимпопо" лечиться.
- Ии-игорь! - Серый уже стонал от смеха. - Я больше не могу.
- Вижу... А рядом бегемотики, схватились за животики: у них, у бегемотиков, животики болят...
- А-а-а! Аха-ха-а!
Игорь все же взялся за лестницу и полез вверх. Странное дело, только что лестница была бесконечна, а Серый зависал где-то в районе "Поднебесной" и вдруг, стоило только оторваться от земли, как уже перед глазами оказалась попа Серого. И время, замерев на мгновение, сконцентрировавшись в этот момент на визуальном объекте, дав возможность Игорю насладиться и ещё больше оголодать от увиденного так близко "лакомства", помчалось с нереальной скоростью - лестница, мелькающий перед глазами зад, дверка, порожек, ноги Серого, сеновал. Череда стоп-кадров и они ввалившись в дверцу сеновала почти одновременно, рухнули на пол, смеясь.
- Чувствую себя Алисой в Стране Чудес. Хорошая начинка у твоих печенок.
Схватившись за руки в легком, бездумном веселье, встретились взглядами, и одурманенное желанием сознание закрутилось вихрем, закружив и унося куда-то взгляды и мысли. Руки сами по себе напряглись и потянули друг к другу два замерших было тела. И Игорь почувствовал как его затягивает в этот смерч, в светло-голубые озера глаз, мерцающие в свете робко заглянувшей в сеновал луны. Даже ночная темень не смогла справиться, скрыть от Игоря эти озёра. Просто немыслимо голубые с черными бездонными омутами расширенных зрачков. И Игорь, не раздумывая, нырнул в эти омуты. Схватив, прижал к себе горячее тело Серого, ткнувшись куда-то в висок, рвано вдохнув запах волос и впившись губами в рот повернувшегося к нему лица. Жадно, неистово целуясь, уже не чувствуя ни твердых досок пола, ни колючих соломин под собой.
Игорь терял голову из-за распирающей его грудь нежности, выцеловывая, вылизывая мальчишку. И плыл-уплывал, ощущая не менее горячий отклик. Его руки на своей спине, плечах, пояснице, сжимающие, давящие, царапающие. Почти ничего не видя в предрассветной темноте сеновала, Игорь вслепую скинул с себя шорты, стащил с Серого одежду и принялся знакомиться с молодым желанным телом. Впитывая в себя все его изгибы, реакции и вкус. И заводясь от этого ещё больше, теряясь между ласками, стонами, всхлипами, он отпустил все тормоза. Какие могут быть границы, если на каждый его поцелуй, ему в ответ стоны, если собственные ягодицы давно сжаты жадными пальцами, если там, между ними, все давно сладко напряглось и встало. А в голове не осталось ни одной связной мысли, только пульсирующая страсть, только запах молодого мужского тела, гладкость его кожи под руками и вкус на языке. И Игорь погружался в этот сгусток страсти, как ранее в черные омуты голубых озер. Голодным зверем рыча и терзая свою добычу.
- Мой!..
И время потеряло свой счет, помахало сцепившейся парочке ветерком и ушло искать рассвет.
Даже отдаленно не имея представления сколько длилось это безумство, Игорь понял, что ещё пару минут, и он просто взорвется. Встав и схватив Серого за плечи, поднял с пола и подтолкнул к куче сложенного чуть дальше сена. Тот послушно улегся на мягкую сухую траву и жадно потянулся к Игорю. А обезумевший мужчина, рвано дыша, опустился перед Серым и раздвинул ему ноги.
Без промедления сплюнув в ладонь, он смазал головку члена, мазнул влажными от слюны пальцами Серому меж ягодиц и, приставив член, стал входить в желанное тело. Ввести оказалось непросто, крепко сжатый анус не впускал в себя. И Игорь, приложив усилие, буквально ворвался в горячее узкое нутро, собственным рыком заглушив вскрик парня.
Было узко, тесно, почти больно, но наслаждение прошило тело до искр в глазах. Чуть помедлив, привыкая, с тихим рычанием стал вбиваться в горячую узость перевозбужденной плотью, придерживая руками поднятые ноги любовника.
Удовольствие, сжигающее, выкручивающее внутренности, постепенно свинцовым комом сконцентрировалось внизу живота, посылая разряды по всему телу. Игорь, продолжая двигаться, прижался губами к острой коленке и спустившись языком чуть ниже, прикусил нежную кожу на бедре. Тик любил грубый секс, его заводило властвование над собственным телом, игривая покорность завоевателю и хозяйские замашки Игоря. И Игорь подыгрывал ему, пользуясь и подстраиваясь под предложенный сценарий.
Лёгкими укусами пробежавшись по бедру, он вдруг понял, что не чувствует отклика...
Будучи на взводе, не сразу сообразил, что не так. Но посеянное зерно неправильности происходящего дало ростки. Сознание стало возвращаться в затуманенную похотью и травой голову и со всей неприглядностью показало - хорошо тут только ему. Тельце под ним не шевелилось, напряженно сжавшись.
Вглядевшись в тело любовника, слабо освещённое тусклым рассеянным светом робко пробивающимся в дверной проём, Игорь застонал - какой нахуй Тик!
Под ним судорожно, до побелевших костяшек, вцепившись в сено руками, закусив губу, лежал Серый. Он не издавал ни звука, но из крепко зажмуренных глаз текли слезы.
Ох, ты ж, бля! До Игоря стало доходить, что он натворил.

__________________________________________
*озеро Сиваш - солёное озеро в Крыму.
**К.И.Чуковский - "Айболит"(для тех, кто в танке ;Ъ)



Глава 9

Безумие страсти слегка отступило.
Игорь отпустил ноги и наклонился к лицу Серого, упершись руками по обе стороны от его плеч.
- Серый, - почему-то шепотом.
Тишина. Лишь дрогнувшие ресницы показали, что он услышан.
- Се-еры-ый...
Парень, не открывая глаз, повернул голову, отвернувшись от Игоря. Тогда он аккуратно взял его рукой за подбородок и повернул к себе.
- Посмотри на меня, Серёж, - почти просьба, умоляюще.
И Серый открыл глаза, а Игорь чуть не застонал.
Голубые озера протекают. Его голубые озера вышли из берегов и текли по щекам. К потным вискам прилипла соломенная труха, в волосы набилось сено.
И вообще, Серый весь был какой-то беззащитный и маленький сейчас с глазами полными слез и сжатыми кулаками.
- Прости, малыш. Прости, я не хотел тебя обидеть.
Опираясь на одну руку Игорь, несмотря на тяжесть в собственном паху, начал медленно выходить из него.
Но неожиданно это движение пресек сам Серый, резко обхватив Игоря ногами и прижав к себе. Посмотрев прямо Игорю в лицо, прошипел:
- Нет. Продолжай.
- Уверен?
- Не девка, потерплю.
Вот это "потерплю" Игорю вовсе и не надо было. Но он понимал, что теперь уж ситуацию все равно не исправить. А хотелось от этого не меньше.
Серый поднял руки и с силой сжал Игорю плечи, прижал к себе и сам начал двигать бедрами. И Игорь не устоял. Как устоять, когда так хорошо, так сладко. Он начал медленно двигаться, придерживаясь заданного Серым темпа, внимательно наблюдая за ним и нашептывая какие-то сумбурные нежности:
- Мой сладкий... Мой Серенький... Серёня...
Серый чуть заметно морщился, но не зажимался, спокойно опустив руки вниз. Приподнявшись, Игорь снял со своей спины одну ножку и поднял вверх. Радиус движения стал большим, маневренность увеличилась, позволив менять угол вхождения и открыв доступ к месту их слияния. Игорь аккуратно вытащил член, сплюнул на него и, размазав головкой слюну по покрасневшей дырочке, медленно стал входить обратно.
Серый постепенно расслабился, руки уже не сжимались в кулаки, а безвольно раскинулись по полу.
Игорь продолжил движения, постепенно ускоряясь, но уже не забывая где он и с кем. Оргазм не заставил себя долго ждать. Почувствовав его приближение он собрался было выйти из Серого, но почему-то в последний момент не стал и, сдержанно застонав от накатившей волны облегчения, кончил и скатился с парня, упав рядышком и тяжело дыша.
Серый лежал молча, широко раздвинув ноги, но слез не было. Вялый член лежал спокойно, даже не давая и намека на возбуждение.
Игорь приподнялся и, склонившись к гладкой мальчишечьей груди, вобрал в рот сосок. Серый шумно вдохнул, но руками обхватил ему голову и попытался отодвинуть от себя.
- Нет, Игорь, хватит на сегодня. Я устал и...там всё горит.
Игорь поднял голову и посмотрел ему в глаза, прошептав:
- Ляг, Сереж, расслабься. Я не трону тебя там.
Он потянулся губами к Серому. Тот поначалу никак не реагировал, но постепенно губы смягчились и приоткрылись, позволяя нежно углубить поцелуй, в этот раз без лишней страсти изучая и лаская языком и губами. Руки оглаживали тело, мяли плечи, соски, животик. Когда Игорь бережно обхватил рукой пенис, Серый дернулся и прервал поцелуй.
- Всё хорошо, Сереж, я только приласкаю тебя.
Пробежав языком по еще влажному от пота телу, Игорь спустился к паху. Член лежал в ладони, такой нежный, теплый, будто спящий. Игорь сжал его пальцами и легонько начал движение рукой, то крепче сдавливая, то ослабляя давление пальцами. Замечая как нежная плоть начала отзываться на ласку, он переместился Серому между ног.
Входящий в силу рассвет вполне освещал как сеновал, так и лежащую парочку. Между ног у Серого, помимо следов мужской страсти, было видно подтекающую из ануса сперму. Сами складочки входа были воспаленные, покрасневшие и припухшие. Увиденное Игорю не понравилось, чувство вины за принесенную боль шевельнулось и заскреблось в сознании, безуспешно пытаясь прогнать самодовольное "мой" при виде вытекшей спермы.
Игорь наклонился и, натянув крайнюю плоть уже почти вставшего члена, лизнул головку. Раз, другой и обхватил её губами. С восторгом услышал как у Серого перехватило дыхание, почувствовал как напряглись ноги, а его рука легла на затылок и несильно вцепилась в волосы. Эта же рука через некоторое время попыталась оторвать Игоря от его занятия, но встретив сопротивление, оставила бесплодные попытки. И Серый выгнулся, застонал, и сжав бедрами голову, кончил в рот, даже не подумавшему отклониться Игорю. А тот, сглотнув, спокойно облизался и, улыбаясь, прилег рядом, по-хозяйски расположив руку на груди у Серого.
- Серёнь.
- Мм?..
- В душ?
- Угу, - глаза закрыты. - Сейчас полежу минуту и пойду.
- Ну, ладно, - Игорь удовлетворено закрыл глаза.
На минуту.
Открыл - вовсю припекало солнце.
Рядом, прижавшись к нему, спал Серый. Воспоминания о прошедшей ночи согнали остатки сонливости. Игорь понимал, что делов наворотил неслабо, и неизвестно ещё как отреагирует протрезвевший хохленок на всё произошедшее.
И всё равно, глядя на спящего Серого, Игоря накрыло волной нежности, он любовался им, вспоминая как они ввалились сюда и принялись целоваться словно обезумевшие. Как жарко Серый отвечал на его прикосновения, как покорно следовал за ним дорогой страсти и потом, после, таял у него на губах.
А сейчас он спал, доверчиво прижавшись, и Игорю стало страшно его будить. Не потому, что придётся извиняться за содеянное, а потому, что боялся увидеть ненависть или равнодушие в голубых глазах. Он протянул руку и аккуратно стряхнул с него налипшую солому.
"А поутру они проснулись... Пол сеновала в волосах".
Тянуть время было бессмысленно и Игорь, приподнявшись, пробежался губами по плечу и вниз к локтю. Серый зашевелился и сонно потер глаза. И тут до него явно стало доходить где он, с кем и сколько время.
- Проспал! - попытался вскочить и резко зашипел как злой гусь. - Сш-ш... Бля-я!..
Игорь поднял на него глаза и невольно улыбнулся.
- Серый, давай гляну, что там у тебя.
Не дал и смущенно оттолкнул потянувшегося к нему Игоря.
- Да ладно, теперь-то что стесняться?
- И часто ты мужикам в жопы заглядываешь? - всю показную грубость портило заполыхавшее в смущении лицо.
- Ну, как тебе сказать. Не то чтоб часто, я все же не проктолог. Но сделать приятно любовнику или проверить не повредил ли ему чего, я не откажусь.
- А... А мы с тобой...любовники?
Серый неловко улыбнулся и смущенно отвел взгляд. И не видел уже, как своей улыбкой раскрасил Игорю утро радужными красками от понимания того, что прошедшая ночь стала между ними не стеной, а мостиком.
Зато с облегчением почувствовал как крепкие руки его схватили, сжали и, чмокнув куда-то в висок, Игорь шепнул:
- Ну конечно, Серёнь.


@темы: слэш, Успеть схватить, СОС, +18

URL
Комментарии
2014-06-30 в 07:34 

Случайно нашла ваш текст. Прочла пока не всё, но уже очень и очень нравится. Прекрасное повествование!

Скажите, пожалуйста, а сколько по тексту Игорю и Серёже? Серёжа ощущается лет на 16-17, а Игорь - где-то на 26, а на самом деле? Может быть, это где-то по тексту было указано, но я или ещё не дочитала или пропустила, а очень интересно.

URL
2014-06-30 в 16:14 

МайяС
Случайно нашла ваш текст. Прочла пока не всё, но уже очень и очень нравится. Прекрасное повествование!
Спасибо за добрые слова.:goodgirl:
Раз вы СЛУЧАЙНО наткнулись на этот текст, значит мне надо вас предупредить - есть в некотором роде приквел этой историии. Называется "Коська", в дневнике он имеется. Если вы не собираетесь его читать, то не обращайте внимания на мои слова, если всё же вам станет интересна история Васильева и Костика, то лучше сначала прочесть Коську, а уж потом УС. :)
Скажите, пожалуйста, а сколько по тексту Игорю и Серёже? Серёжа ощущается лет на 16-17, а Игорь - где-то на 26, а на самом деле? Может быть, это где-то по тексту было указано, но я или ещё не дочитала или пропустила, а очень интересно.
Серому, вы правильно решили - 17 лет, а Игорю около тридцатника.

URL
2014-06-30 в 22:50 

Да, это абсолютная случайность. Спасибо за сообщение про приквел, буду иметь в виду :)

Серому, вы правильно решили - 17 лет, а Игорю около тридцатника.
О, хорошо. Серый часто называется мальчиком (при возрасте в 16-17 лет - ближе уже понятие парнишка, парень, юноша) и от этого возникло непонимание: из-за "мальчика" кажется, будто он куда меньше, лет 13, а по действиям, описанию всё равно ощущается на 17.
Про Игоря в сущности я тоже рядом попала, думала, что от 26 до 30. Просто на приложенном фото парень молодым показался, поэтому взяла нижнюю границу.


Я прочла до конца, смутил один момент.

В остальном текст очаровательный, рада, что мне повезло его найти. :white: Очень жду продолжения!

URL
2014-07-01 в 00:28 

МайяС
Серый часто называется мальчиком Наверное, это из-за весомой разницы в возрасте. 30-ти летнему Игорю упс 17-ти летние хуенькие блондины кажутся именно "мальчиками".:shuffle2:

Прописывается, что Игорь почти без смазки (слюны маловато будет для такой ситуации) достаточно грубо трахнул Серого. Не вошло бы. А если бы вошло - до крови, трещин в анусе и серьёзных повреждений у одного и до боли натёртого члена у другого (такие вещи болезненны и неприятны не только для пассивного, но и для активного партнёра). Нда, тут у меня упущение конечно. Но, всё-таки, вошло, кроме слюны были еще попо-смазочные материалы, пусть немного, но были. Я не стала акцентировать на этом внимания, но анальный секс может быть не очень чистым действом, а ведь это тоже в своем роде "смазка". Ну как-то так. Я постараюсь больше не делать таких оплошностей. Спасибо.:upset:

Не знаю, мб у кого-то из них "чисто случайно" хоть какой-то крем для рук при себе был? Или вазелин банальный. На сеновале?:lol: Аха-ха))) Отличное место, чтобы прятать плюшки и крем для рук.:facepalm:


А вот что сейчас имеется в тексте - после такого Серый бы едва ли вообще поднялся да и о трахе не смог бы думать ещё полгода даже "сверху". И в море солёное купаться полезть никак не смог. Ну, боольно мальчику, ну бо-бо Игорю лечить пришлось, но чтоб так всё плохо - нет, полгода Серому не выдержать, у него "И-игорё-ок...", ми-ми-ми, все дела:inlove:. Если вы прочитали уже написанное, то должны знать, что пока что Игорь бережет пострадавшую часть тела Серого. Именно по той причине, что там должно зажить. :nope:

Спасибо за замечания, есть над чем задуматься.:hmm:

URL
2014-07-03 в 08:54 

Да, кому-то и при разнице в 5 лет уже младший "мальчик", но в тексте и восприятии читателем - идёт некая путаница.

Насчет смазки - "попо-смазочных" не хватит, как и "следов".
Да, я писала, что помню, что Игорь потом берёг, но того, что Игорь уже сделал, было бы достаточно, чтобы никакие амуры долго не перебивали дискомфорт и обиду. Парень после этого просто физически будет сторониться, несмотря на чувства к Игорю.
Я понимаю, что при описании секса часто упрощение ситуации, но в данном случае - просто дисбилив (даже не столько сам эпизод, сколько то, что Серый потом в состоянии передвигаться, купаться в солёной воде и проч.), нежное ж место.

На сеновале? Аха-ха))) Отличное место, чтобы прятать плюшки и крем для рук
Ну, не на сеновале, а с собой. Или захватил по дороге. Или вдруг реально лежал вазелин на сеновале - поработал вилами, исколол руки, несмотря на перчатки, помазал. xD

Спасибо за замечания, есть над чем задуматься.
Пожалуйста. Рада, что не обидела вас.

URL
2014-07-03 в 14:47 

МайяС
того, что Игорь уже сделал, было бы достаточно, чтобы никакие амуры долго не перебивали дискомфорт и обиду
Заметьте, не только Игорь был пьян и обгашен. Серый мутил наравне и вряд ли там, на сеновале, четко всё понимал. А утром... после драки чё уж кулаками махать, коли сам старательно нарывался, да и приласкал-пожалел его "насильник". :upset:

Рада, что не обидела вас.
Не вижу причин для обид. Обидно, когда: "Афтар - даун, пишет гавно!!!11 ", а если пишут по делу - так даже спасибо, со стороны ж оно часто виднее, считаю.

URL
   

Ошмётки жизнедеятельности

главная